Сообщение об ошибке

  • User warning: The following module is missing from the file system: file_entity. For information about how to fix this, see the documentation page. in _drupal_trigger_error_with_delayed_logging() (line 1138 of /var/www/romek/data/www/psychodrama.ru/includes/bootstrap.inc).
  • User warning: The following module is missing from the file system: metatag. For information about how to fix this, see the documentation page. in _drupal_trigger_error_with_delayed_logging() (line 1138 of /var/www/romek/data/www/psychodrama.ru/includes/bootstrap.inc).

К более широкому применению клинических ролевых игр

За последние два десятилетия популярность ролевых игр как формы терапии значительно возросла. Однако произошло это не за счет признания их концептуальных основ, а благодаря положительному впечатлению от удавшихся, зачастую единичных случаев их клинического применения. Дело, возможно, заключается в том, что не полностью изжиты пережитки прошлого. Восприятию ролевых игр как формы терапии мешало то, что они ассоциировались с теорией Морено. Я не собираюсь критиковать эту теорию, напротив, она внесла большой вклад в развитие науки о поведении. Однако по ряду причин, политического и другого свойства, подобные ассоциации шли не на пользу ролевым играм. Несмотря на свою гениальность, Морено приобрел репутацию человека весьма противоречивого. К тому же его теории недоставало масштабности и размаха общей теории личности. Далее, с момента зарождения психодрамы ее сторонники приняли "политическое" решение замкнуться в своей собственной системе. И принятию ролевых игр мешала эта оторванность от остального профессионального сообщества.

В сущности традиционный скептицизм в отношении ролевых игр, или психодрамы по Морено, имеет много корней. В недавней монографии Блатнер (1985) назвал тому несколько причин, вот некоторые из них. В противоположность социометрии, еще одному изобретению Морено, психодраме не удалось произвести впечатление на академический мир. Она лишена вдохновляющего влияния, присущего гуманистической психологии и не вызывала такого восторга, не бросала такого вызова, как современный бихевиоризм. Поэтому именно гуманистическая психология и бихевиоризм стали основными инструментами академической психологии.

Неоднократно противопоставляя себя ведущей школе психоанализа, Морено в интеллектуальной среде зарождающейся психотерапии обрел репутацию отщепенца. Помимо этого, его прямой подход к психотерапии и стремление все выразить в форме конкретных действий не сочетались с преобладающими тоща принципами психологического лечения.

Некоторые методы терапии, провозгласившие себя разновидностями психодрамы, приобрели сомнительную известность. И в этом обвинили психодраму, тем самым отказав ей в доверии.

Из вышесказанного следует, что ассоциация ролевых игр с психодрамой явилась не единственной причиной их низкой популярности. Среди других причин — тот факт, что, когда терапия поведения приняла их, возникли проблемы для тех, кто избрал психодинамический подход. Это также прибавило традиционного скептицизма в отношении ролевых игр.

В наши дни, однако, многие из этих причин утеряли свое значение. Я верю, что этой области терапии — имитационном моделировании поведения — откроются новые перспективы. А вместе с тем дальнейшее развитие получат клинические ролевые игры.

Рассмотрим различия в изучении клинических ролевых игр относительно клинической психологии и психотерапии и относительно социальной психологии.

В обеих областях психологии изучение ролевых игр традиционно, но происходит это по-разному. Для социальных психологов основная проблема — это определение того предела, до которого ролевые игры адекватно имитируют "подлинную" реальность, измеряемую поведением в реальной жизни. Неуверенность в этой сфере может породить сомнения в уместности ролевых игр вообще и уместности их включения в изучение социальной психологии. Потому результаты исследования по этой теме однозначны. Хотя для тех, кто применяет ролевые игры в терапии, соответствие между реальной жизнью и ее имитацией представляет определенный интерес, их основные проблемы лежат в другой сфере. Клиницисты главным образом интересуются терапевтическим эффектом имитаций, а также долгосрочным воздействием клинических ролевых игр на последующее поведение вне больничной палаты или офиса терапевта.

В нашей книге неоднократно подчеркивалось, что вмешательства посредством клинических ролевых игр (техник) служат терапевтическим инструментом. Поэтому в целом их эффективность зависит от совпадения особых целей, для которых они созданы, и результатов. Хотя этот подход, очевидно, уникален, специальное изучение его не проводится.

Исследователей, по всей видимости, больше привлекают глобальные проблемы, такие, как изучение процедур клинических ролевых игр, содержащих множество техник сразу. Мы не собираемся развенчивать такой подход. Напротив, традиции прошлого должны быть сохранены и в будущем. Знать всеобъемлющую терапевтическую ценность клинических ролевых игр важно при условии, что в таком виде они осуществляются в ежедневной практике. Такое исследование также даст ответы на многие вопросы, поднятые в этой книге. Например, существуют ли индивидуумы, положительно реагирующие на эту форму терапии? И наоборот, если ли люди, которые не выигрывают от такой формы терапии? Какие клинические проблемы лучше всего решать посредством ролевых игр? Следует провести объемное исследование по определению общей эффективности терапии посредством клинических ролевых игр в сравнении с другими формами лечения. Однако здесь стоит ответить на вопрос не о том, как клинические ролевые игры сочетаются с другими терапиями, а какова их сравнительная полезность с учетом особых клинических проблем.

Будущее исследование должно сосредоточиться на особых качествах индивидуальных техник или нескольких техник, относящихся к одной категории или одному прототипу. Психотерапевтическая помощь — это главным образом обучающее действие (некоторые предпочитают пользоваться медицинской терминологией, и тогда это лечебное воздействие). Она основана на активизации психологических процессов, которые способны устранить неотрегулированное поведение и заменить его функциональным поведением. Нам следует знать связь между техникой (или подгруппой техник) и возникновением специфического процесса при условии, что большое количество таких процессов известно психологии.

Углубляя исследование, можно подойти к известной дискуссии о роли катарсиса как фактора лечения. Я считаю, что характеризовать терапевтический процесс в терминах катарсиса или обучения (или их обоих) означает сужение проблемы. Катарсис — это особое явление, и противопоставлять его тренировке, включающей набор обучающих процессов, неправомерно. Кроме того, едва ли катарсис и тренировка охватывают все процессы, влияющие на поведение человека. В самом начале терапия поведения сводилась лишь к лечению на основе разных видов мер по улучшению состояния здоровья. Сегодня к этой форме лечения относятся другие психологические процессы. Не следует забывать, что некоторые из них (самоконтроль, внутренний диалог и другие познавательные процессы) полностью отрицались основателями современного бихевиоризма. Но с течением времени терапевты разных направлений все чаще обращались к ним. Прогресс, таким образом, связан с определением все большего числа специфических психологических процессов, которые можно использовать в курсе терапии.

Наконец, будущее исследование должно изучить преимущества новой технологии, внедренной в традиционную практику клинических ролевых игр. Сюда относится телевидение и другие средства, способные фиксировать важные психологические явления. И стремление некоторых терапевтов-традиционалистов уйти от использования современной технологии выглядит анахронизмом.

В нашей работе была описана техника волшебного магазина. Этот замечательный воображаемый магазин позволяет нам испытать наслаждение от возможности приобретения всего, что ни пожелаем. Предположим, нас пригласили посетить волшебный магазин. Какими хотели бы мы видеть в идеале клинические ролевые игры?

Давайте представим, что магазин расположен в воображаемом пространстве действия, в середине стоят два стула, один — для воображаемого продавца, второй — для нас. Мы входим, продавец приветствует нас словами: "Чем сегодня могу быть Вам полезен?" Растерявшись от представившейся возможности, мы колеблемся. Затем справляемся с собой и говорим:

"У нас есть представление о том, как будет выглядеть в будущем терапия, осуществляемая посредством клинических ролевых игр. Это форма психотерапии, основанная на общей модели, направляющей все остальные формы имитации. Она обладает хорошо организованной структурой и наборами многих техник, которые можно использовать разными способами. В целом, однако, существует два вида прототипов. Первый из них состоит из примерно полудюжины взаимосвязанных сцен. Он придает большое значение процессу перехода от одной сцены к другой как средству понимания сложности проблем протагониста, создания необходимых условий для устранения дисфункциональных форм поведения и мышления и формированию новых воззрений и отношений, практике новых способов справляться с ситуацией. Второй вид прототипов боле узок и представляет собой укороченную версию первого. В нем основное терапевтическое усилие направлено на выработку альтернатив старым, узнаваемым образцам поведения, тогда как другие аспекты лечения реализуются посредством других процедур.

По нашему мнению, метод клинических ролевых игр основан на прочной научной базе, что обеспечивает его эффективность. Создается также критерий для дифференцированного использования техник — это набор указаний для выбора подходящего вмешательства, призванного помочь протагонисту активизировать процесс, необходимый для достижения терапевтических целей. В нашем соображении клинические ролевые игры систематически используют различные обучающие и другие терапевтические принципы, современную технологию. Сеанс лечения дополняется компьютерными данными, основанными на видеозаписях, важными физиологическими показателями. Эта информация собирается автоматически и доступна в любой момент.

Ну-с, дорогой продавец, осуществится ли наша мечта? Пусть даже не настолько точно, как бы нам хотелось, — нас устроит и хорошее приближение".